Почему жертвы не зовут на помощь

Наказание подростка Наказание подростка

Юля колебалась: Геннадий был серьезным, положительным, к тому же хорошо обеспеченным мужчиной. Но ведь у нее сын... Впрочем, этот аргумент в конце концов и убедил ее: Виталик растет без отца, а восьмилетнему мальчику так необходимо настоящее мужское воспитание.

Сам Геннадий давно развелся с первой женой, своих детей у него не было, и к будущему приемному сыну он относился с настоящей отеческой заботой.

Создав новую семью, Геннадий, зная, что Юля очень обеспокоена за судьбу Виталика, вскоре разработал целую воспитательную систему. Юля была счастлива: родной отец Виталика не проявлял к сыну такого внимания.

Для начала Геннадий составил для мальчика расписание: подъем, контрастный душ, легкий завтрак, тридцатиминутная пробежка, занятия в школе, обед, краткий отдых, уроки, заучивание иностранных слов — двадцать английских и двадцать немецких, игра на фортепьяно, ужин, пробежка, контрастный душ, сон. Затем он потребовал от Виталика завести дневник, куда следовало записывать мнения об окружающих, друзьях, девочках, а также все свои провинности. Виталик должен был сам определять, в чем он провинился и какого наказания заслуживает: например, назвать количество ударов ремнем.

Эту составную часть воспитательной системы, особенно то, что касалось ремня, Юля не одобряла, но возразить мужу не посмела, ибо он действительно усиленно занимался воспитанием сына, не жалея ни времени, ни усилий.

А причина для порки находилась всегда. Если Виталик не проявлял достаточно самокритичности и запись о проступках в дневнике отсутствовала, отчим наказывал его за это.

Не знала Юля и того, что муж занялся сексуальным просветительством. Он требовал, чтобы Виталик обнажал свой член и массировал его, а для «развития чувственности» Геннадий иногда насиловал пасынка. Понятное дело, подобные занятия от Юли тщательно скрывали: отчим объяснил Виталику, что не стоит смущать маму, поскольку на такие темы настоящие мужчины должны разговаривать в отсутствие женщин.

Юля не сразу заметила, что плоды воспитания зреют как-то странно. Виталик стал хуже учиться и похудел. Юля наконец поняла, что муж для ее сына — отнюдь не источник добра. В семье начались скандалы, но Геннадий упорно стоял на своем: он желает Виталику только добра, а Юля, как всякая баба, норовит пришпилить сына к собственной юбке.

Когда его пороли, Виталик не плакал. Это раньше он плакал, а теперь молчал. Геннадия это бесило — мальчишка демонстрирует характер. Ладно, посмотрим, что возьмет. И он вновь занес ремень...

Матери Виталик не жаловался. Он вообще стал равнодушным ко всему, в том числе к собственной жизни. Лишь однажды он проговорился однокласснику, что лучше бы отчим забил насмерть, чем терпеть такое.

В тот день Виталик не стал ничего записывать дневник, только поставил число. Увидев пустую страницу, Геннадий пришел в ярость и поволок Виталика в ванну. Он не считал, сколько ударов нанёс старым рёмнем: мальчишка молчал, демонстрируя характер...

Экспертиза насчитала на теле ребенка около пята следов от удара ремнем, но не смогла точно установить, сколько из них привело к смерти.

Потом Юля скажет, что только теперь поняла: смех Виталика она перестала слышать сразу после того, как в их доме появился воспитатель.

Послесловие судебного психиатра

Такое состояние, когда человек постоянно испытывает физическое и моральное унижение, быстро привод депрессии, и тогда нередко появляются безразличие к собственной судьбе, заторможенность, и смерть видит единственным выходом из сложившегося положения. Нарушается один из основных инстинктов — самосохранения. Жертва насилия, особенно длительного, теряет способность поиска конструктивного изменения ситуации. И теряет последний шанс сохранить свою жизнь.

Языки любви
Читайте в рубрике «Языки любви»:
/ Почему жертвы не зовут на помощь